есть несколько вариантов и хотелось бы узнать какая выйдет дешевле | Пример курсовой работы

есть несколько вариантов и хотелось бы узнать какая выйдет дешевле

Целью работы является характеристика гумманистической направленности произведения Чехова «Остров Сахалин».

В переписной карточке жителя Сахалина, состоящей из 13 пунктов, А.П. Чехов выделяет грамотность человека и наличие профессии. Эти данные нужны были писателю не только для статистического отчета, но и для того, чтобы понять психологию преступника, знать ту среду, в которой он жил. Из общей массы населения острова Чехов выделяет чиновников, членов их семей, обслугу, ссыльнокаторжных, политических ссыльных и местных аборигенов. Рассказывая о жизни местного населения, он делает вывод, что каторга портит всех, разлагая общество. «Всякий преступник составляет продукт общества», — констатировал А.П.Чехов.
Ссылка никогда и нигде не служила исправлению преступника и служить не могла, утверждал писатель, увидев все ужасы каторги воочию.


1.2. Гуманистическая позиция автора

Зачем Антон Павлович Чехов поехал на Сахалин? А.С. Суворин, с которым в начале 90-х годов Антон Павлович был доверителен, настойчиво отговаривал: «Сахалин никому не нужен и ни для кого не интересен». Чехов горячо возражал: «Сахалин — это место невыносимых страданий… Нет, уверяю Вас, Сахалин нужен и интересен…»
По мере продвижения к Сахалину кошмар продолжался: «на острове, на левом берегу, горела тайга». Чехов оказывается как бы в кровавой тьме тоннеля, у врат ада. «Страшная картина» — фантасмагория дьявольской кисти, «грубо скроенная из потемок, силуэтов гор, дыма… И все в дыму, как в аду».
Во всех путевых заметках по Сахалину Чехов не отметил никакого другого, кроме как настороженного, отношения к его миссии. Наоборот, ему, как пытливому и увлеченному огромным желанием вскрыть корни величайшей несправедливости к человеку — каторге, всегда в 10 тысячах интервью удавалось добиться заинтересованного диалога. Пусть иногда из десятка слов — ответов, но диалога равных людей.
Одной из центральных, на наш взгляд, и самостоятельных глав книги является глава VI — «Рассказ Егора». В его судьбе подчеркивается одна из характерных особенностей каторжан. Случайность преступления, вызванного в большинстве случаев не порочными наклонностями преступника, а характером жизненной ситуации, которая не могла не разрешиться преступлением. И ни одного предложения властям, хотя характер языка, текста, сострадания подспудно требует совершенств тюремной системы. Чехов, как всякий журналист, ограниченный редактором в площади публикации, говорил просто и жгуче о Егоре столько, сколько надо, чтобы разобраться в его судьбе, дать информацию для размышления. И арестантам на Сахалине, и светскому бомонду в салонах он рассказывает лишь то, что сам видел, слышал, а главное — понял.
Эти силы, к сожалению, часто не рождают особого публичного мнения, не формируют воздушную опору для раскрепощенного полета, а создают вакуум делового плюрализма мнений. В этой связи путевые заметки «Остров Сахалин», на наш взгляд, являют собой образец классической публицистики, где автор, как талантливый журналист, объективно просвещает и информирует, надолго вкладывает в душу человека потребность подумать, вернуться к прочитанному много раз.
Чехов, как всякий с обостренной дерзостью и настойчивостью журналист, не особенно-то волновался на негативную реакцию царского режима за фотографическое описание условий каторги. «Остров Сахалин» увидел свет с небольшими затруднениями.. Он увидел людей такими, какими их создали суровая природа Сахалина, их тяжелый каторжный труд: с клопами и грязью, оборванными и голодными, с растоптанным человеческим достоинством, благодаря государственному укладу и уставу сахалинской каторги. Трудно быть цензором произведения, которое жизненно объективно и актуально, вытекает из нашего бытия.
Из строк книги следует: нельзя защищать строй, которому большинство людей не верит. В истории много тому свидетельств. Между политикой и журналистикой нет никакого противоречия, они дополняют, восполняют друг друга.
Чехов назвал причины скотской организации сахалинской каторги: отсталость устава о ссыльных, отсутствие единства управления каторгой, практически бесплатная рабочая сила виделась как источник пополнения казны.
Как уступка общественному мнению, взбудораженному книгой А.П.Чехова, были восприняты реформы, проведенные российским правительством:
в 1893 году — отмена телесных наказаний для женщин и изменение закона о браках заключенных;
в 1895 году — выделение казенных средств на содержание детских приютов;
в 1899 году — отмена вечной ссылки и пожизненной каторги;
в 1903 году — отмена тяжких наказаний и бритья головы[13, 19].
Чехов, как пытливый журналист, проницательный психолог и социолог, практикующий врач, в книге «Остров Сахалин» рассказал о людях, у многих из которых душа заасфальтирована. Никто из его героев книги не пел песен, не играл на балалайке, не был даже рад, что бывало редко, достаточному урожаю овса, репы и редьки, чтобы не умереть в зиму с голоду.
Разгул пошлости управлял душой каторжан на Сахалине лучше всех любых запросов.
Но Чехов, мучительно преодолевая жесткие приступы моральной тошноты, видел в каждом каторжанине человека, интересуясь и описывая отдельные подробности причин преступления; его демографические корни в центральной части России; мотивы декабристской преданности жен каторжан, которые добровольно ехали к мужу стать вдвойне рабом. В совокупности же вся информация о конкретном каторжанине, жуткая по содержанию, непосредственно не заставляла негодовать царским произволом по организации каторги, не вызывала агрессивных настроений общества, но никого, в т. ч. власть, не оставляла равнодушным к ней.
Чехов незаметно вошел в «Остров Сахалин», в политику с верой и надеждой, что где-то там над человеческим потом, грязью, склоками, жадностью, леностью, завистью, угрюмостью, жестокостью таится священный непроветриваемый общешахтной струей уголок чистых деревенских чувств и непорочных истин. Он попытался найти этот уголок с помощью мощного потока общественного мнения, открыл нужный шлюз свежей струе человеческих отношений.
Остров Сахали это правдивая, основанная на проверенных, точных фактах, картина русской каторги; в которой показана обреченность человека, оторванного от Родины, на физическую и нравственную гибель в условиях сурового климата, произвола и деспотизма властей, подневольного труда; пробудить в обществе внимание к «месту невыносимых страданий». Постепенно определялись и некоторые частные задачи: выразить протест против пожизненности и несправедливости наказаний, устаревших и противоречивых законов о ссыльных, против насильственной земледельческой колонизации острова (якобы не только с целью карательной, но исправительной). Чехов передал читателю то впечатление, которое он вынес сам с Сахалина – «целый ад». Другой обобщающий образ, также постоянно возникающий в книге: «Сахалин – рабовладельческая колония». Чехов пытается заглянуть несколько дальше своего времени, предугадать путь развития общества, предложить нравственный выбор для интеллигенции и найти выход в ситуации нарастающего конфликта между различными социальными слоями. В чеховском творчестве в качестве краеугольного основания мы видим книгу «Остров Сахалин» с его ярким гражданственным, социальным и художественным звучанием. Книгу «Остров Сахалин» по художественному замыслу можно разделить на две части: с I по XIII главы повествование изобилует описаниями природы и строится в соответствии с маршрутом и хронологией поездки Чехова, и главы с XIV по XXIII с более редкими картинами сахалинского пространства. Во второй части внимание автора значительно больше уделено социальным конфликтам, медицинской и психологической неустроенности каторжан. Художественными приемами представления пейзажа в «Острове Сахалин» автор-повествователь показывает, что он описывает иное пространство, ранее неведомое ему и читателям. Действительно, Чехову впервые предстает некая непознанная грань Российской земли. Он одновременно и открывает перед нами новую землю, новые картины, но и показывает, что данное место – «как в аду», граница, «конец света», крайний предел для человеческих страданий. Посредством акцентирования внимания читателя на географическом положении Сахалина как крайней точки российской земли, Чехов утверждает, что здесь и предельная острота социального конфликта, унижения каторжника: «…в это дождливое, грязное утро, были моменты, когда мне казалось, что я вижу крайнюю, предельную степень унижения человека, дальше которой нельзя уже идти». Именно каторжный Сахалин с первозданным пейзажем в идеализированных представлениях Чехова предстает чудесным местом нравственного очищения людей и островом для их дальнейшей счастливой жизни: Чехов показывает читателям этот остров в качестве обособленного царства зла, человеческих болей и унижений. Другой идейной линией автора-повествователя является поиск путей выхода общества из атмосферы несправедливости.
Целью работы является характеристика гумманистической направленности произведения Чехова «Остров Сахалин».

Что думаете про курсовую?

Поставьте оценку!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.